Важнейшиеклиническиеисследования, представленные на сессиях HOTLINE Конгресса Европейского общества кардиологов 2024 года

КанорскийС.Г.1,Мамедов М.Н.2

1ФГБОУВО«Кубанскийгосударственныймедицинскийуниверситет»МинздраваРоссии,Краснодар, Россия.

2ФГБУ«НМИЦтерапииипрофилактическоймедицины»МинздраваРоссии,Москва, Россия.

ИНФОРМАЦИЯ ОБ АВТОРАХ

Канорский Сергей Григорьевич, д-р мед. наук, профессор, заведующий кафедрой терапии № 2 факультетаповышенияквалификацииипрофессиональнойпереподготовкиспециалистовФГБОУВО«Кубанский государственный медицинский университет» Минздрава России, Краснодар, Россия. ORCID: 0000-00033370-3506

МамедовМехманниязиоглы,д-рмед.наук,профессор,руководительотделавторичнойпрофилактики хронических неинфекционных заболеваний ФГБУ «НМИЦ терапии и профилактической медицины» Минздрава России, Москва, Россия. ORCID: 0000-0001-7131-8049

<![if !vml]><![endif]>На 12 научных сессиях HOTLINE Конгресса Европейского общества кардиологов 2024 года впервые представленырезультаты34рандомизированныхклинических исследований и 4 метаанализа. Исследования былипосвященыразличнымнаправлениямкардиологии, включая лечение артериальной гипертензии, ишемической болезни сердца, нарушениям ритма сердца, хроническойсердечнойнедостаточности,включаяинтервенционные и хирургические вмешательства.

Ключевыеслова:клиническиеисследования,сердечно-сосудистые заболевания, лечение, диагностика.

Конфликтинтересов:незаявлен.

Поступила:27.12.2024

Принята:      11.01.2025

Для цитирования: Канорский С.Г., Мамедов М.Н. Важнейшиеклиническиеисследования,представленные на сессиях HOTLINE Конгресса Европейского обществакардиологов2024года.Международныйжурналсердца и соссудистых заболеваний. 2025. 13(45): 5-17. DOI: 10.24412/2311-1623-2025-45-5-17

<![if !vml]><![endif]>

*Автор,ответственныйзапереписку/Correspondingauthor.Тел./Tel.+7(918)355-8281.E-mail:kanorskysg@mail.ru

Keyresearchfindingspresentedatthe2024ESCCongressHOTLINEsessions

KanorskyS.G.1,Mamedov М.N.2

1FederalStateBudgetaryEducationalInstitutionofHigherEducation“KubanStateMedicalUniversity”oftheMinistryof Health of the Russian Federation, Krasnodar, Russia.

2FederalStateBudgetaryInstitution“NationalMedicalResearchCenterforTherapyandPreventiveMedicine”oftheMinistry of Health of the Russian Federation, Moscow, Russia.

AUTHORS

Sergey G. Kanorsky, MD, PhD, professor, head of the Department of Therapy department of the Federal State Budget EducationalInstitutionofHigherEducation“KubanStateMedicalUniversity”ofMinistryofHealthCareofRussia,Krasnodar, Russia. ORCID: 0000-0003-1510-9204

MekhmanN.Mamedov,MD,PhD,Professor,HeadoftheSecondaryPreventionofNoncommunicableDiseasesDepartment, National Medical Research Center for Therapy and Preventive Medicine, Moscow, Russia. ORCID: 0000-0001-7131-8049

<![if !vml]><![endif]>At the 12 HOT LINE scientific sessions of the 2024 European Society of Cardiology Congress, the results of 34 randomized clinical trials and 4 meta-analyses were presented for the first time. The studies covered various fields of cardiology, including the treatment of arterial hypertension, coronary heart disease, cardiac arrhythmias, and chronic heart failure, as well as interventional and surgical procedures.

Keywords: clinical research, cardiovascular diseases, treatment, diagnostics.

Conflictofinterests:nonedeclared. Received: 27.12.2024

Accepted:11.01.2025

Forcitation:KanorskyS.G.,MamedovМ.N.Keyresearch findings presented at the 2024 ESC Congress HOTLINE sessions. International Journal of Heart and Vascular Diseases.2025.13(45):5-17.DOI:10.24412/2311-1623-

2025-45-5-17

Списоксокращений

АГ        —артериальнаягипертензия

БРА     — блокаторы рецепторов ангиотензинаДАД— диастолическое артериальное давление иАПФ —ингибиторыангиотензинпревращающего

фермента

ИБС—ишемическаяболезньсердца ИМ       — инфаркт миокарда

ЛЖ      —левыйжелудочек

ОКС    —острыйкоронарныйсиндром ОР            — относительный риск

САД       —систолическоеартериальноедавление СД— сахарный диабет

СН          —сердечнаянедостаточность ХБП               — хроническаяболезньпочек

ХСН       —хроническаясердечнаянедостаточность ФВ ЛЖ— фракция выброса левого желудочка

ФП         —фибрилляцияпредсердий

ЧКВ       —чрескожноекоронарноевмешательство ЭКГ               — электрокардиография

HELIOS-B. Транстиретиновая амилоидная кардиомиопатия является прогрессирующим заболеваниемснеблагоприятнымпрогнозомжизни. Вдвойномслепомрандомизированномисследовании с участием 655 пациентов назначались вутрисиран, малая интерферирующая рибонуклеиновая кислота, блокирующая синтез транстиретина в печени при подкожном введении, в дозе 25 мг подкожно (n=326) или плацебо (n=329) через каждые 12 недель 3 раза. В течение 42 месяцев наблюдениячастотапервичнойконечнойточки—совокупность смерти от любой причины, госпитализации посердечно-сосудистойпричинеилисрочноговизита по поводу сердечной недостаточности (СН)— снижалась на 28% (р=0,01) в группе вутрисирана прифоновом приеме тафамидиса и на 33% — при монотерапиивутрисираном(р=0,02),арисксмерти отлюбой причины уменьшался на 35% (р=0,01) по сравнению с плацебо. Лечение вутрисираном ассоциировалосьсменьшимснижениемрасстояния, пройденного в 6-минутном тесте ходьбы (р<0,001), именьшимухудшениемпоказателякачестважизни по KansasCityCardiomyopathyQuestionnaire (р<0,001). Частота побочных эффектов в группах вутрисирана и плацебо существенно не различалась [1].

ABYSS. Оптимальная продолжительность лечения бета-адреноблокаторами после неосложненногоинфарктамиокарда(ИМ)неизвестна.В многоцентровом открытом рандомизированном исследовании у 3698 пациентов, перенесших ИМ в среднем за 2,9 года до включения в исследование, с фракцией выброса левого желудочка (ФВЛЖ)неменее40%ибезсердечно-сосудистых событий в течение предыдущих 6 месяцев прерывали (n=1846) или продолжали лечение бетаадреноблокаторами (n=1852). Первичная конечная точка—совокупность смерти, нефатального ИМ, нефатального инсульта или госпитализации по сердечно-сосудистым причинам при медиане наблюдения3,0 года отмечалась у 23,8% в группе прерыванияпротив21,1%пациентоввгруппепродолжения приема бета-адреноблокаторов (р=0,44 для не меньшей эффективности). Прерывание приемабета-адреноблокаторовнеулучшалокачество жизни пациентов. Таким образом, прекращение приема бета-адреноблокаторов не уступает продолжению приема этих препаратов в отношении вторичной профилактики сердечно-сосудистых заболеваний (ССЗ) после ИМ, в то время как качество жизни не улучшалось у пациентов, которые прекращали прием этих препаратов [2].

STOP-or-NOT.Наилучшаястратегияпредоперационноговеденияпациентов,принимающихингибиторы ангиотензинпревращающего фермента (иАПФ) или блокаторы рецепторов ангиотензина (БРА),неизвестна,чтоприводиткпротиворечивым рекомендациям. Пациентов, получавших иАПФ(46%)илиБРА (54% случаев) в течение как минимум 3 месяцев, которым планировалось проведение серьезной не кардиохирургической операции, рандомизировали для продолжения их приема до дняоперации(n=1107)илипрекращенияприема за 48 часов до операции (n=1115). Первичная конечнаяточка—совокупностьслучаевсмерти от всех причин и серьезных послеоперационных осложнений в течение 28 дней после операции встречалась с равной частотой в группах продолжения и прекращения приема иАПФ или БРА (р=0,85). Эпизоды гипотонии во время операции наблюдалисьна 31% чаще в группе продолжения лечения, а частота острого повреждения почек, послеоперационной органной недостаточности, продолжительность пребывания в больнице и отделенииинтенсивнойтерапиивтечение28дней после операции существенно не различались. Следовательно, среди пациентов, перенесших обширныенекардиологическиеоперации,стратегия продолжения приема иАПФ или БРА до операции не была связана с более высоким уровнем послеоперационных осложнений по сравнению со стратегией прекращения приема препаратов эти классов [3].

BedMedи BedMed-Frail. Некоторые исследования показывали, что приём антигипертензивных препаратов на ночь способен снижать риск неблагоприятных сердечно-сосудистых исходов, что в последующем не подтверждалось. В открытом проспективномисследованииBedMedпациенты с артериальной гипертензией (АГ) (средний возраст 67 лет) после рандомизации получали препараты 5 основных классов, в более, чем в половине случаев в виде монотерапии, 1 раз в день перед сном(n=1677)илиутром(n=1680).Приверженность к вечернему приему препаратов составляла 88%,к утреннему приему — 97% в течение 6 месяцев. При среднем периоде наблюдения 4,6 года первичная конечная точка — смерть от всех причин или госпитализация/визит за неотложной помощью по поводу инсульта, острого коронарного синдрома (ОКС) или хронической сердечной недостаточности (ХСН) встречалась с сопоставимой частотой в двух группах (р=0,70). В исследовании BedMed-Frail с аналогичным дизайном пациентыс АГ (средний возраст 88 лет) получали препараты 5основныхклассов,вбольшинствеслучаевввиде монотерапии, 1 раз в день перед сном (n=394) или утром(n=382).Суммаупоминавшихсясобытийпервичнойконечнойточкисноварегистрировалась с сопоставимой частотой в двух группах (р=0,28). По мнению авторов этих работ, антигипертензивныепрепараты,которыенужнопринимать1раз в день, пациенты могут принимать в любое удобное для них время, в соответствии с их предпочтениями и привычками, но следует учесть, что, как правило, пациенты лучше соблюдают режим утреннего приёма лекарств.

Метаанализ исследований приема антигипертензивных препаратов на ночь. В метаанализ на уровне отдельных пациентов включались данные исследований BedMed (n=3357), BedMed-Frail (n=776),Hygia(n=19168),MAPEC(n=2201)иTIME

(n=21 104). Первичная конечная точка (смерть от всех причин, ИМ, инсульт, утяжеление СН) наступалана29%реже,нонезначимостатистически, в группе приема антигипертензивных препаратов на ночь по сравнению с группой утреннего их прима.Неотмечалосьзначимыхразличийипо безопасности (экстренная госпитализация, переломы костей, глаукома, когнитивные расстройства) между двумя этими группами. По мнению авторов метаанализа назначение антигипертензивной терапии на ночь не снижает риск тяжелыхсердечно-сосудистыхосложнений,смерти, не влияет на безопасность лечения по сравнению с утренним приемом антигипертензивных препаратов. Такие препараты, предназначенные для приема 1 раз в сутки, могут применяться в то время, которое в наибольшей степени соответствует предпочтениям пациента и конкретным обстоятельствам. Имеющиеся доказательства не поддерживают концепцию хронотерапии в лечении АГ.

GMRx2. Фиксированные комбинации 3 или болееантигипертензивныхпрепаратоввнизких дозах в одной таблетке являются перспективнымидляначальногоилираннеголечения АГ. В рандомизированном двойном слепом плацебо-контролируемом исследовании участвовали взрослыесАГ,укоторыхпри2-недельномприеме плацебо после отмены антигипертензивных препаратовдомашнеесистолическоеартериальное давление (САД) составляло от 130 до 154 мм рт.ст. После рандомизации в соотношении 2:2:1 применялись фиксированная комбинация ¼ доз препаратов(телмисартан10мг/амлодипин1,25мг/ индапамид 0,625 мг), ½ доз (телмисартан 20 мг/ амлодипин2,5мг/индапамид1,25мг)илиплацебо. Первичной конечной точкой эффективности было различие в изменении САД в домашних условияхсмоментарандомизациидо4-йнедели,апервичной конечной точкой безопасности являлось прекращениелеченияиз-занежелательногоявления. Скорректированные с помощью плацебо средние значениясистолическогоАДвдомашнихусловиях на4неделесоставляли–7,3ммрт.ст.длякомбинации1/4дози-8,2ммрт.ст.для1/2доз,априофисном измерении –8,0 и –9,5 мм рт.ст. соответственно. На 4-й неделе терапии частота контроля офисногоАД(<140/90ммрт.ст.)составляла37%,65% и 70% для плацебо, комбинаций ¼ доз и ½ доз соответственно (р<0,001 по сравнению с плацебо). Прекращение лечения плацебо, комбинациями ¼ и ½ доз препаратов из-за нежелательных явленийотмечалосьв 1,6%, 0 и 5,1% случаев соответственно, электролитные нарушения развивалисьссопоставимойчастотой.Исследованиедополняет растущий объем фактических данных, подтверждающихэффективностьфиксированнойнизкодозовой тройной комбинации препаратов в качестве начальной стратегии лечения АГ [4].

QUADRO. В двойном слепом контролируемом исследовании 183 пациента со средним исходным уровнем офисного САД 150,3 мм рт.ст. и диастолического АД (ДАД) 90,0 мм рт.ст. первоначально8недельпринималитройныефиксированныекомбинациипериндоприла,индапамидаиамлодипина вдозах10/2,5/5мгили10/2,5/10мгежедневнопри хорошей переносимости. При сохранении неконтролируемогоАДчерез8недель(офисноесистолическое АД ≥ 140 мм рт.ст. и 24-часовое амбулаторное САД ≥ 130 мм рт.ст.) после рандомизации 1:1 продолжалитужетройнуютерапиюилиназначали прием одной таблетки, содержащей периндоприл, индапамид,амлодипинибисопролол(10/2,5/5/5мг или 10/2,5/10/5 мг ежедневно) в течение 8 недель. Через8недельсреднееСАДвположениисидя вофисеснижалосьна20,67ммрт.ст.вгруппеквадротерапии и на 11,32 мм рт.ст. в группе тройной терапии (скорректированная разница –8,04 мм рт.ст.; р<0,0001). В группе квадротерапии оказались ниже среднее 24-часовое амбулаторное САД (на–7,53ммрт.ст.;р<0,0001)исреднееДАДвположении сидя в офисе (на –6,14 мм рт.ст.; р<0,0001). КонтрольАДвофисе(<140/90ммрт.ст.)достигался у66,3%против 42,7% (р=0,001), нормализация амбулаторного АД (среднее АД за 24 часа <130/80 мм рт.ст.) у 51,2% против 20,7% (р<0,0001), нормализация АД в домашних условиях (<135/85 мм рт.ст.)у 60,7% против 25,4% пациентов (р<0,0001)в группах квадротерапии и тройной терапии соответственно. Между двумя группами не было существенныхразличийчастотыпобочныхэффектов, о серьезных побочных явлениях не сообщалось.

VERONICA-Nigeria. В исследовании участвовали 300 взрослых нигерийцев с неконтролируемой АГ (среднее домашнее АД 151/97 мм рт.ст. и офисное АД 156/97 мм рт.ст.), исходно не лечившиеся или получавшие один антигипертензивный препарат. После рандомизации проводились лечение тройной фиксированной комбинацией телмисартана, амлодипина и индапамида в дозах 10/1,25/0,625мг,20/2,5/1,25мги40/5/2,5мгсускоренным титрованием или стандартная терапия, начинавшаяся с амлодипина (5 мг/сутки) с добавлением лозартана (50–100 мг/сутки), затем гидрохлоритиазида (25 мг/сутки). На 6-м месяце лечения домашнее САД в среднем снижалось на 31 мм рт.ст. в группе фиксированной комбинации и на26 мм рт.ст. в группе стандартного лечения (скорректированнаяразница–5,8ммрт.ст.;р<0,001),частотаконтроляАГвклинике(<140/90ммрт.ст.)составляла82%против 72%, а в домашних условиях (<130/80ммрт.ст.)—62%против28%вгруппе

фиксированной комбинации по сравнению с группой стандартной терапии. Ни один из участников не прекращал лечение из-за побочных эффектов [5].

RESHAPE-HF2. Для выявления возможных преимуществ интервенционного лечения 505 пациентов с СН и умеренной или тяжелой функциональной митральной регургитацией рандомизировали вгруппытранскатетернойреконструкциимитрального клапана на фоне рекомендованной медикаментозной терапии (группа устройства; n=250) или только медикаментозной терапии (контрольная группа;n=255).Суммарнаячастотапервой/повторной госпитализации по поводу СН или сердечнососудистой смерти в течение 24 месяцев оказаласьна36% меньше (р=0,002), частота первой или повторнойгоспитализациипоповодуСНв течение

24 месяцев — на 41% меньше (р=0,002), а показатель качества жизни по опроснику KansasCityCardiomyopathyQuestionnaire существенно улучшался (р<0,001) в группе устройства против контрольной группы [6].

MATTERHORN. В рекомендациях по лечению пациентов с СН и вторичной митральной регургитацией упоминаются транскатетерная реконструкция «край в край» и хирургическая операция на митральном клапане, но данные рандомизированных исследований, сравнивавших эти методы лечения,отсутствуют.Всего210пациентовстакой патологией, получавших рекомендованное медикаментозное лечение, рандомизировали в группу транскатетерной (группа вмешательства) либо хирургической реконструкции или замены митрального клапана (группа хирургии). В течение 1 года наблюдения после процедуры события первичной конечной точки эффективности (совокупность смерти, госпитализации из-за СН, повторного вмешательства на митральном клапане, имплантации вспомогательного устройства в левый желудочек (ЛЖ) или инсульта) отмечалась у 16,7% против22,5% пациентов (р<0,001 для не меньшей эффективности), а совокупность основных нежелательных явлений в течение 30 дней после процедуры—у 14,9% против 54,8% больных в группе вмешательства и группе хирургии соответственно (р<0,001 для не меньшей эффективности). Среди пациентов с СН и вторичной митральной регургитациейтранскатетернаяреконструкция«крайвкрай»неуступаетхирургиимитральногоклапана в отношении неблагоприятных клинических исходов в течение 1 года [7].

Tri.Fr. Пациентов с тяжелой симптомной трикуспидальной регургитациейрандомизировалив группу транскатетерной коррекции трикуспидального клапана и оптимальной медикаментозной терапии (n=152) или только оптимальной медикаментозной терапии (n=148). Через 1 год улучшение функционального класса ХСН по классификации Нью-Йоркской кардиологической ассоциации и общей оценки состояния отмечались у 74,1% пациентов в группе интервенционного и у 40,6% —в группе консервативного лечения. Средний общий балл по шкале KansasCityCardiomyopathyQuestionnaire также оказался лучше в первой из групп (р<0,001). Массивная или выраженная трикуспидальная регургитация обнаруживалась у 6,8% пациентов в группе интервенционногои у 53,5%—в группе только медикаментозного лечения (р<0,001) [8].

ASSUREDES. Пациентам, которым более года назад был имплантирован стент с лекарственным покрытием, перед плановой не кардиальной хирургической операцией после рандомизации не отменяли монотерапию аспирином (n=462) или отменяли за 5 дней все антитромбоцитарные препараты (n=464). Антитромбоцитарную терапию было рекомендовано возобновлять не позднее, чем через 48 часов после операции, при отсутствии противопоказаний. События первичной конечной точки — смерть от любой причины, ИМ, тромбоз стента или инсульт в период между пятью днямидо и тридцатью днями после не кардиальной операции наблюдались у 0,6% пациентов в группе монотерапииаспирином и у 0,9% — в группе прерыванияантитромбоцитарнойтерапии(р>0,99).Ни воднойизгруппнебылослучаевтромбозастента. Частота больших кровотечений существенно не различалась между группами (6,5% против 5,2%; р=0,39),анебольшиекровотечениявозникализначительно чаще в группе приема аспирина (14,9% против 10,1%; р=0,027) [9].

SWEDEGRAFT. Метод «бесконтактного» забора трансплантата из подкожной вены нижней конечности, при котором оставляют небольшое количество окружающей ткани, призван предотвращать спазм вены и устранять необходимость расширения сосуда при аортокоронарном шунтировании. Всего902пациентабылирандомизированывгруппы бесконтактного или традиционного забора вены для операции. Первичная конечная точка— отказ трансплантата (окклюзия или стеноз более, чемна 50% по данным коронарной компьютерной томографической ангиографии, чрескожное вмешательствонавенозномтрансплантатеилисмерть в течение 2-х лет после аортокоронарного шунтирования)через3,5годапослеоперациинаблюдаласьу19,8%пациентоввгруппебесконтактного и у 24,0% — традиционного забора вен (р=0,15). Крометого,невыявлялосьзначимыхразличийчастотыкомбинированнойконечнойточки,включавшейсмерть,ИМилиповторнуюреваскуляризацию междудвумя группами (12,6% и 9,9% при использовании бесконтактного и традиционного забора вен; р=0,195). Через 3 месяца частота осложнений состороныраныоказаласьзначительновыше у пациентов, которым проводилась бесконтактнаярезекция (24,7% против 13,8%). Через 2 года после операции симптомы, связанные с раной на ноге, по-прежнему наблюдались у 49,6% против 25,2% пациентов в группах бесконтактного и традиционного забора вен. Следовательно, бесконтактная методика забора вены не превосходит традиционную методику в предотвращении нарушенияпроходимостивенозноготрансплантатаили улучшениисреднесрочныхклиническихисходов у пациентов, перенесших плановое аортокоронарноешунтирование,связанасповышеннымриском раннихосложненийвобластиранынаногеиостаточных симптомов.

TIGHTK.Сцельюопределенияуровнякалия в крови, который следует поддерживать для профилактики послеоперационной фибрилляции предсердий (ФП) 1690 пациентов после кардиохирургического вмешательства без аритмий сердцав анамнезе рандомизировали для введения калия присниженииегоуровняниже4,5ммоль/л(группа тщательной коррекции) или 3,6 ммоль/л (группа расслабленной коррекции). Клинически выявленная и электрокардиографически подтвержденная впервыевозникшаяФПвтечение120часовпосле операции аортокоронарного шунтирования или до выписки из больницы (первичная конечная точка) наступалау26,2%против27,8%пациентоввгруппах тщательной и расслабленной коррекции. Для предупреждения впервые возникшей после кардиохирургическойоперацииФПдобавлениекалия приегоуровневсывороткекровиниже3,6ммоль/л не уступает распространенной практике введения калия для поддержания его концентрации выше или равной 4,5 ммоль/л. Более низкий порог введения калия не был связан с увеличением риска нарушений ритма сердца или неблагоприятных клинических исходов [10].

NOTION-3. Польза чрескожного коронарного вмешательства (ЧКВ) у пациентов со стабильной ишемической болезнью сердца (ИБС) и тяжелым аортальным стенозом, которым проводится транскатетерная имплантация аортального клапана, остаетсянеясной.Пациентовстяжелымсимптомным аортальным стенозом и, по крайней мере, однимстенозомкоронарнойартериисфракционным резервомкровотока≤0,80илистенозом≥90%рандомизировали для прохождения ЧКВ (n=227) или консервативного лечения (n=228), причем во всех случаях проводилась транскатетерная имплантация аортального клапана. При медиане времени наблюдения 2 года первичная конечная точка— смерть от любой причины, ИМ или срочная реваскуляризацияотмечалисьу26%пациентоввгрупvпеЧКВ и у 36% в группе консервативного лечения (р=0,04), а кровотечение — у 28% и 20% больных соответственно. Полученные результаты свидетельствуют о прогностической пользе проведения ЧКВупациентовсостабильнойИБС,которымпроводится транскатетерная имплантация аортального клапана [11].

PAUSETAVI. У 1⁄3пациентов, перенесших транскатетерную имплантацию аортального клапана,из-за сопутствующих заболеваний есть показания к пероральной антикоагулянтной терапии, прерывание которой во время вмешательства может снизить риск кровотечения, а продолжение — уменьшить риск тромбоэмболии. В открытом исследованиинеменьшейэффективностипациентов с запланированной транскатетерной имплантацией аортального клапана рандомизировали для перипроцедурного продолжения (n=431) или прерывания пероральной антикоагуляции (n=427). В течение 30 дней после вмешательства первичная конечнаяточка(совокупностьсмертиотсердечнососудистых причин, любого инсульта, ИМ, серьезных сосудистых осложнений или большого кровотечения) отмечалась у 16,5% пациентов в группе продолженияи у 14,8% в группе прерывания пероральной антикоагуляции (р=0,18 для не меньшей эффективности),тромбоэмболическиеосложнения наблюдались в 8,8% против 8,2%, а кровотеченияв 31,1% против 21,3% случаев соответственно. Перипроцедурное продолжение пероральной антикоагуляции не хуже ее прерывания во время транскатетернойимплантацииаортальногоклапана в отношении риска ишемических и геморрагических осложнений в течение 30 дней [12].

RHEIA. Впервые больных только женского пола (n=443) с тяжёлым стенозом аортального клапана (свысокимилинизкимградиентомдавления)рандомизировали в соотношении 1:1 в группу транскатетернойимплантацииаортальногоклапанасиспользованиембаллоннойсистемытретьегопоколения (EdwardsSapien, SapienUltra) с доступом через бедренную артерию или в группу хирургическойзаменыаортальногоклапана(EdwardsMagnaEase, IntuitynLivanovaPerceval). В течение 1 года первичнаяконечнаяточка(совокупностьсмертиот всехпричин,инсультаиповторнойгоспитализации из-за симптомов, связанных с клапаном или процедурой, или утяжеления СН) достигалась у 8,9% пациентов в группе транскатетерной имплантации аортального клапана против 15,6% в группе хирургическойоперации(p=0,03).Основнымипричинами этих различий являлись снижение числа повторных госпитализаций из-за симптомов, связанныхсклапаномилипроцедурой,илииз-заутяжеленияСН (4,8% против 11,4%; p=0,02), случаев возникновенияФП(3,3%против28,8%;p<0,001) иболеекороткиесрокигоспитализации(4дняпротив 9) соответственно. Однако частота имплантации кардиостимуляторов была выше при катетерном(8,8%) против хирургического вмешательства (2,9%;p=0,01). Клапаны, имплантированные катетерным способом, имели более высокие средние градиенты давления (р<0,001) и меньшую эффективнуюплощадьотверстия(р<0,001)через1месяц и 1 год, более высокую частоту легкой параваскулярной аортальной регургитации (15,5% против2,4%случаев;p<0,001)посравнениюсклапанами, замененными с помощью хирургического вмешательства. Это первое исследование TAVI в сравнениисхирургическойзаменойаортальногоклапана уженщин.Посколькуженщинычастонедостаточно представленывкардиологическихисследованиях, исследование RHEIA закладывает основу для специализированных исследований с участием женщин в области кардиохирургии.

STEEER-AF. Исследование проводилось в 70 центрах шести европейских стран, представляло собой целенаправленную образовательную программу повышения приверженности рекомендациям I и III классов руководства по лечению ФП (поскольку они являются наиболее строгими), уделяя особое внимание профилактике инсульта, контролю синусового ритма и интеграции медицинскойпомощи.Участвовавшиевпроектецентры были рандомизированы для прохождения образовательной программы для своих медицинских работниковилидляпродолженияобычнойпрактики. В исследование были включены 1732 пациента, которых опрашивали в отношении проводимого лечения.ИсходныйуровеньсоблюдениявсехрекомендацийIилиIIIклассасоставлял61,0%дляпрофилактикиинсульта и 21,0% для контроля синусовогоритма,чтозначительнохужеожиданий.После проведения образовательного мероприятия при среднемсрокенаблюдения7,7месяцаотмечалось значительноевлияниенаконтрольритмасердца, но не на профилактику инсульта. Частота соблюдениявсехрекомендацийпоконтролюсердечного ритмаувеличиваласьс20,5%до22,9%вконтрольнойгруппе и с 21,4% до 33,9% в экспериментальной группе, что свидетельствовало о значительно большем эффекте образовательной программы. Соблюдение рекомендаций по профилактике инсульта в контрольной группе изменялось с 58,6% до60,9%,авэкспериментальнойгруппе—с63,4% до 67,5%, указывая на отсутствие существенных различий между группами.

OCEANICAF. Профилактика инсульта у пациентовсФПспомощьюпрямыхпероральныхантикоагулянтов предрасполагает к риску кровотечения, что ограничивает их применение. Асундексиан, активированный ингибитор фактора XI, является пероральным антикоагулянтом, который может предотвращатьинсультприменьшемрискекровотечения. В исследовании фазы 3 пациентов с ФП (средний балл CHA₂DS₂-VASc 4,3±1,3) рандомизировалидляприемаасундексианавдозе50мг1раз в день (n=7415) или стандартного лечения апиксабаном(n=7395).Основнымицелямиявлялисьустановление не уступает ли, по крайней мере, асундексианапиксабанувэффективностипрофилактики инсульта или системной эмболии, а также превосходит ли асундексиан апиксабан в отношении развития больших кровотечений. Исследование былопрекращенопреждевременнопорекомендации независимого комитета по мониторингу данных. Инсульт или системная эмболия отмечалисьу1,3%пациентов,которымбылназначенасундексиан, и у 0,4%, которым был назначен апиксабан (относительный риск (ОР) 3,79), а большое кровотечение—у0,2%иу0,7%больныхсоответственно (ОР 0,32). Гипотеза исследования о сопоставимой эффективности при большей безопасности асундексиана в сравнении с апиксабаном не подтвердилась [13].

EPIC–CAD. Пациентов с ФП (средний балл CHA₂DS₂-VASc 4,3) и стабильной ИБС рандомизировали для монотерапии эдоксабаном (n=524) или двойной антитромботической терапии эдоксабаном и антиагрегантом (n=516). Через 12 месяцев первичная конечная точка (смерть от любой причины, ИМ, инсульт, системная эмболия, незапланированная срочная реваскуляризация и большое или клинически значимое небольшое кровотечение) регистрировалась у 6,8% в группе монотерапииэдоксабаномиу16,2%вгруппедвойнойантитромботической терапии (р<0,001). Кумулятивная частота крупных ишемических событий оказалась сходнойвгруппахисследования.Большоеили клинически значимое небольшое кровотечение наблюдалось у 4,7% пациентов в группе монотерапииэдоксабаном и у 14,2%—в группе двойной антитромботическойтерапии.Полученныерезультаты подтверждают действующие клинические рекомендации по монотерапии антикоагулянтом больных с ФП на фоне стабильной ИБС [14].

FINEARTS-HF. В двойном слепом исследовании пациентовс СН и ФВ ЛЖ ≥40% рандомизировали для получения финеренона в максимальной дозе 20 мг или 40 мг 1 раз в день (n=3003) или плацебо (n=2998) в дополнение к обычной терапии. За медианное время наблюдения 32 месяца первичная конечная точка (незапланированная госпитализация или срочный визит по поводу СН и смертьот сердечно-сосудистых причин) регистрировалась на 16% реже в группе финеренона по сравнению с группой плацебо (р=0,007), при этом случаиутяжеления СН встречались на 18% (р=0,006), асмерть от сердечно-сосудистых причин—на 7% реже.Вгруппефинеренонабылповышенрискгиперкалиемии и снижен риск гипокалиемии [15].

MRAsinheartfailure. В заранее запланированный метаанализ на уровне отдельных пациентов включались данные исследований RALES (спиронолактон) и EMPHASIS-HF (эплеренон), в которых участвовалипациентысХСНисниженнойФВЛЖ, атакжеисследованийTOPCAT(спиронолактон)и FINEARTS-HF (финеренон) с участием пациентовсХСНиумеренносниженнойилисохраненной ФВ ЛЖ. Всего в четыре исследования были включены 13 846 пациентов. Антагонисты минералокортикоидных рецепторов снижали риск смертиотССЗилигоспитализациииз-заСНна23%.Риск суммыэтихсобытийуменьшалсяна34%упациентовс ХСН и сниженной ФВ ЛЖ и на 13% — у больных с ХСН и умеренно сниженной или сохраненной ФВ ЛЖ. Отдельно частота госпитализации по поводуСН уменьшалась на 37% и 18%, смерти от ССЗ—на 28% и 8%, смерти от всех причин — на 27%и 6% при ХСН со сниженной ФВ ЛЖ, а также при ХСН с умеренно сниженной или сохраненной ФВ ЛЖ соответственно. Лечение антагонистами минералокортикоидных рецепторов повышало рискгиперкалиемиив2,27разаиуменьшалориск гипокалиемии (<3,5 ммоль/л) на 49% [16].

FINE-HEART. Сердечно-сосудисто-почечнометаболическийсиндром — новаякатегория, которая связывает ССЗ, хроническую болезнь почек (ХБП) и сахарный диабет (СД). Нестероидный антагонист минералокортикоидных рецепторов финеренонизучалсявтрехрандомизированныхпроспективныхклиническихисследованиях упациентовссердечно-сосудисто-почечно-метаболическимсиндромом:FIDELIO-DKD,FIGARODKD и FINEARTS-HF с участием всего 18 991 больных. За 2,9 года наблюдения первичная конечная точкаметаанализа—сердечно-сосудистаясмерть наступалау4,4%пациентов,получавшихфинеренон,иу5,0%принимавшихплацебо(р=0,076). Смертьотлюбойпричинынаступалау11,0%пациентов группы, принимавших финеренон, и у 12,0% участников                     группы,принимавших    плацебо (р=0,027). Финеренон дополнительно снижал риск госпитализациипоповодуСНна17%(р<0,001)икомбинированногопочечногоисходана20% (р<0,001). Хотя этот объединенный анализ не продемонстрировалсущественногоснижениясердечно-сосудистойсмертности,лечениефинереноном ассоциировалосьсозначительноболеенизким рискомсмертиотлюбойпричины,неблагоприятныхсердечно-сосудистыхипочечныхисходов[17]. SENIOR-RITA.Впроспективномисследовании 1518пациентовсИМбезподъемасегментаSTв возрасте ≥75 лет (в среднем 82 года) рандомизировали в соотношении 1:1 для инвазивной стратегии—коронарнойангиографиииреваскуляризации плюс наилучшей доступной медикаментозной терапии(n=753)иликонсервативнойстратегии— наилучшей           доступной          медикаментозной         терапии(n=765).Примедианевременинаблюдения 4,1годапервичнаяконечнаяточка(совокупность смерти от сердечно-сосудистых причин или нефатальногоИМ)регистрироваласьу25,6%пациентов вгруппеинвазивнойстратегиииу26,3% — вгруппеконсервативнойстратегии(р=0,53).Сердечнососудистаясмертьнаступалау15,8%больных вгруппеинвазивнойиу14,2%вгруппеконсервативнойстратегии,нефатальныйИМразвивалсяу11,7%иу15,0%пациентовсоответственно. Осложненияинвазивнойпроцедурыпроисходили уменеечем1%пациентов.Улюдейстарческого возрастаинвазивнаястратегиялеченияИМбез подъемасегментаSTнеприводилакзначительному снижению суммарного риска сердечно-сосудистойсмертиилинефатальногоИМпосравнению

сконсервативнойстратегией[18].

EARTH-STEMI.Сиспользованиембазданных PubMed, Embase и Cochrane проведён метаанализиндивидуальныхданныхпациентовсИМ с подъёмами сегмента ST в возрасте ≥75 лет, участвовавших в 7 рандомизированных клинических исследованиях,вкоторыхсравнивалисьстратегии полной реваскуляризации (n=816) с реваскуляризациейтолькоинфаркт-связаннойартерии(n=917). Полнаяреваскуляризация,посравнениюсизбирательной, значимо (на 22%) снижала риск первичной конечной точки (смерть, ИМ или реваскуляризация,вызваннаяишемией)присрокенаблюдениядо4лет,нонепримаксимальновозможном сроке наблюдения (–17%). Вместе с тем полная реваскуляризациязначительно(на24%)уменьшала риск смерти от ССЗ или ИМ за максимальный период наблюдения. Долгосрочная смертность не различаласьвгруппахсполнойичастичнойреваскуляризацией [19].

SCOFF.Внастоящеевремяпередкардиологической процедурой с седацией при сохраненном сознаниирекомендуются6-часовойотказоттвердой и 2-часовой—от жидкой пищи, что не основывалосьнаданныхисследований.Пациентов,направлявшихся на коронарную ангиографию, ЧКВ или имплантацию электронных устройств рандомизировали в соотношении 1:1 в группы с рекомендованным голоданием (n=358) или без голодания (n=358). Первичная конечная точка (совокупность аспирационной пневмонии, гипотонии, гипергликемиии гипогликемии) регистрировалась у 19,1% пациентовв группе голодания и у 12,0% —в группе без голодания. Группа без голодания отличалась лучшими показателями удовлетворенности пациентов. Не было существенных различий в необходимости в неинвазивной и инвазивной вентиляции легких, частоте поступления в отделение интенсивной терапии, повторной госпитализации, пневмонии и смертности в течение 30 дней. Полученные результаты подтверждают отмену требований к голоданию для пациентов, проходящих кардиологические процедуры (катетеризация сердцаидр.),которыетребуютседацииссохранением сознания [20].

STROKESTOPII.ВрандомизированнойпрограммемассовогоскринингаФПвсех75-76-летнихжителей Стокгольма (Швеция) изучался вопрос, снизит ли приглашение на скрининг риск тромбоэмболических событий по сравнению с контрольной группой,котораянеприглашаласьнаскрининг.Из вызывавшихся на скрининг 6843 (49%) приняли приглашение. У участников без ранее известной ФП были проанализированы уровни N-концевого про-B-типанатрийуретическогопептидадлястратификациинагруппывысокогориска(≥125нг/л) и низкого риска (<125 нг/л). Группа низкого риска (40%) прошла один эпизод скрининга с помощью регистрации одноканальной электрокардиограммы (ЭКГ), а группа высокого риска (60%) подвергалась более интенсивному домашнему скринингу (4разавденьвтечение2-хнедель)срегистрацией ЭКГпортативнымодноканальнымустройством.ФПбыла обнаружена впервые у 2,4% из всех участников. При медиане времени наблюдения 5 лет не отмечалось различий риска инсульта или системнойэмболиимеждугруппойвмешательства(включая пришедших на скрининг и приглашенных, но не пришедших) и контрольной группой. Риск инсультаилисистемнойэмболиибылна41%меньше в группе низкого риска по сравнению с контрольнойгруппой.Вгруппевысокогорискавероятность развитияновойФПвтечение5летбылаболеечем в 2 раза выше, а риск ишемического инсульта или системнойэмболии — на 57% выше, чем в группе низкого риска.

GUARD-AF.СпомощьюмонитораZioXT,наклеиваемогоспомощьюпластырянакожу,втечение

14 дней непрерывно регистрировалась ЭКГ для получения ответа на вопрос приводит ли выявление ФП у пожилых людей с недиагностированной ранее аритмией к снижению частоты инсультов по сравнению с обычным лечением. В общей сложности 11 905 участников были рандомизированы в группы скрининга или обычного лечения. Отмечалось увеличение числа новых случаев ФП на 52%, увеличение количества случаев начала приема пероральных антикоагулянтов без увеличения частоты госпитализаций по поводу кровотечения, но без значительного снижения частоты госпитализаций с любым инсультом по сравнению с обычным лечением в течение максимум 2,5 лет наблюдения. Исследователи заявили, что их результатынеследуетсчитатьокончательнымииз-за раннего прекращения проекта в связи с пандемией COVID-19 и меньшего, чем ожидалось, количества клинических событий.

MIRACLE-AF. В исследовании приняли участие 1039 больных с ФП в возрасте ≥65 лет из сельских клиник Китая. Клиники были рандомизированы для телемедицинской интегрированной помощи (группа вмешательства) или расширенной обычной помощи (контрольная группа). Лечение в обеих группах проводилось врачами, которые прошли усиленную подготовку по комплексному ведениюв соответствии с принципами AtrialfibrillationBetterCare (ABC). Однако только врачи в группе вмешательства имели доступ к платформе телемедицины.Через1годлечение33%пациентов в группе вмешательства и 8,8% в контрольной группе,ачерез 3 года 42% и 10% пациентов соответствовали всем трем критериям AtrialfibrillationBetterCare. Через 3 года комбинированная первичная конечная точка (смерть от ССЗ, любой инсульт, госпитализация из-за утяжеления СН или ОКСиэкстренныевизитыпопричинеФП)отмечалась на 36% реже в группе вмешательства по сравнению с контролем. В частности, риск смерти отССЗоказалсяна50%нижевгруппевмешательства, а риски любого инсульта и госпитализации из-заутяжеленияСН или ОКС были на 36% и 31% ниже соответственно по сравнению с контрольной группой. Телемедицинские технологии для помощи специалистов по ФП сельским врачам— эффективная и осуществимая стратегия, которую можно масштабировать в условиях ограниченного доступа к медицинской помощи.

SHAM-PVI. Существуют опасения, что изоляция легочных вен при ФП может оказывать сильный эффект плацебо, но двойных слепых рандомизированныхклиническихисследованийпоэтойпроблеменепроводилось.Чтобыопределить,является ли изоляция легочных вен более эффективной, чем имитация этой процедуры, пациентов с симптомной пароксизмальной или персистирующей ФП рандомизировали для проведения изоляции лёгочнойвеныспомощьюкриоаблации(n=64)или имитации этой процедуры с помощью стимуляции диафрагмального нерва (n=62). Бремя ФП оценивалось через 6 месяцев с помощью имплантируемого петлевого регистратора. Абсолютное среднее уменьшение бремени ФП от исходного уровня к6-мумесяцусоставляло60,31%вгруппеаблации и35,0% — в группе ее имитации (р<0,001). В группереальнойаблацииупациентовотмечалосьпреимущество в общем показателе влияния ФП на качество жизни и общем показателе здоровья по шкале ShortForm [21].

SUPPRESS-AF. В исследовании участвовали 1347 пациентов с персистирующей ФП, проходивших первую катетерную аблацию. У 343 (25,5%) больных обнаруживались низковольтные области в левом предсердии площадью ≥5 см2и их рандомизировали в соотношении 1:1 для аблации низковольтных областей в дополнение к стандартной процедуре (n=170) или обычной изоляции легочных вен (n=171, контроль). Рецидивы аритмии выявлялись с помощью 24-часового непрерывного мониторинга ЭКГ через 6 и 12 месяцев послеаблацииидвухразовойежедневнойдомашней регистрации ЭКГ в течение 1 года. Первичная конечная точка—рецидив ФП или предсердной тахикардиивтечениегодабезпрофилактического приема антиаритмических препаратов отмечаласьс сопоставимой частотой—у 61% пациентов вгруппедополнительнойаблациииу50%вгруппе стандартноголечения, а также у 63% против 55% больных соответственно при использовании антиаритмическихпрепаратов.Однаковподгруппепациентовсдилатациейлевогопредсердия(диаметр ≥45 мм) дополнительная аблация низковольтных областей снижала частоту рецидива ФП на 40%. Частотасерьезныхосложнений,такихкакинсульт, оказалась очень низкой и сходной в сопоставлявшихся группах (1,7% против 1,8% случаев соответственно).Исследованиепоказало,чтоаблация, нацеленная на низковольтные области в левом предсердии,вдополнениекстандартнойизоляции легочныхвенможетрассматриватьсятольковслучаях значительной дилатации левого предсердия.

CRABL-HF. В первом рандомизированном исследовании у больных с ХСН со сниженной ФВЛЖ сравнивали радиочастотную катетерную аблацию (n=55) и криобаллонную катетерную аблацию (n=55) у больных с ФП. У пациентов с имплантированными электронными устройствами обеспечивался непрерывный амбулаторный мониторинг ЭКГ для регистрации эпизодов ФП. У пациентов без имплантированных электронных устройств амбулаторнаяЭКГрегистрировалась2разавдень в течение 1 года после слепого периода в 90 дней после процедуры. Через год после аблации не было значительных различий в частоте эпизодов предсердныхтахиаритмий  продолжительностью30 с или более, которые наблюдались у 21,8% пациентов,  подвергавшихсярадиочастотной и у 22,2% — криобаллонной аблации. Последняя выполнялась значительно быстрее (медиана времени 101 против 165 минут) и с использованием меньшего объема инфузии во время аблации, что снижалорискутяжеленияСН.Небылосущественныхразличийвобщемпрофилебезопасностидвух методов аблации (1 случай артериовенозной фистулывгрупперадиочастотнойаблациии1случай ретроперитонеальнойгематомывгруппекриобаллоннойаблации).НеотмечалосьутяжеленияСН всвязисаблацией,симптоматическихцеребральных инфарктов, транзиторных ишемических атак, стеноза легочных вен, атриоэзофагеальных свищейилисвязанныхспроцедуройсмертей.Втечение 1 года не наблюдалось различия в суммарной частоте осложнений — смерть от любой причины и/или госпитализация по поводу СН между двумя группами, а также в качестве жизни при использовании опросника AFEQT. По результатам исследования более простая процедура криобаллонной аблации оправдана для лечения ФП у большинства пациентов с ХСН со сниженной ФВ ЛЖ.

OCCUPI. Пациентов с анатомически сложными атеросклеротическими поражениями коронарных артерий,требующимиЧКВсиспользованиемстентовслекарственнымпокрытием,рандомизироваливсоотношении1:1дляпрохожденияконтроля с помощью оптической когерентной томографии (n=803) или стандартного ангиографического контроля (n=801). В течение 1 года наблюдения комбинированная первичная конечная точка (кардиальная смерть, ИМ, тромбоз стента и реваскуляризация целевой артерии) наблюдалась на 38% реже в группе контроля с помощью оптической когерентной томографии, в том числе риск спонтанного ИМ или реваскуляризации целевой артерии — на 64% реже.

INFINITY-SWEDEHEART.Биоадаптор—этоновый имплантат, который восстанавливает гемодинамическую модуляцию артерии, обеспечивая циклическуюпульсацию,вазомоциюиадаптивное ремоделирование,разблокируяиобеспечиваядинамическую поддержку артерии. Пациентов с ОКС (76,6% случаев) или со стабильной ИБС, показаниями к ЧКВ, с тремя поражениями, подходящими дляимплантацииодногоустройствавобластькаждого поражения, рандомизировали в группу применения биоадаптера DynamX (n=1201) или современного стента, покрытого зотаролимусом ResoluteOnyxиOnyxTrustar(n=1198).За12месяцевнаблюдения первичная конечная точка—сердечно-сосудистая смерть, ИМ в зоне целевой артерии или ее реваскуляризация, вызванная ишемией, развиваласьу2,4% против 2,8% пациентов в группах биоадаптера и стандартного стента (p<0,0001 для не уступающей эффективности), а частота возникновениятромбозаустройства(показательбезопасности)составляла0,7%против0,5%соответственно, не различаясь между группами [22].

REC–CAGEFREEI. Пациентов с неосложненной ИБС и показаниями к ЧКВ рандомизировалив соотношении 1:1 в группу ангиопластики баллоном, покрытым паклитакселом с возможностью экстренного стентирования в связи с неудовлетворительным результатом (n=1133) или в группу имплантации стентов второго поколения, покрытых сиролимусом (n=1139). В течение 24 месяцев наблюдениясобытиякомбинированнойпервичной конечной точки (сердечно-сосудистая смерть, ИМ в зоне целевой артерии или клинически и физиологически обоснованная ее реваскуляризация) происходили у 6,4% пациентов в группе ангиопластики и у 3,4% — в группе стентирования, то есть критерий не меньшей эффективности ангиопластикинебылдостигнут.Всоответствиисэтими результатами у пациентов с неосложненной ИБС стратегияимплантациисовременныхстентовдолжна оставаться предпочтительным методом лечения [23].

PROTEUS. Использование искусственного интеллекта в сердечно-сосудистой визуализации может потенциально улучшить принятие клинических решений при лечении заболеваний, но ни одно проспективное рандомизированное контролируемое исследование ранее не оценивало его влияние на сердечно-сосудистые исходы. В этом исследовании оценивалось, является ли принятие решенийсиспользованиемискусственногоинтеллекта не менее эффективным, чем стандартное принятие решений при отборе участников для инвазивной коронарной ангиографии после стрессэхокардиографии. В рандомизированном проекте участвовал 2341 пациент, прошедший стресс-эхокардиографию, а принятие клинических решенийодальнейшемведениибольныхпроводилосьсиспользованием искусственного интеллекта (вмешательство) или стандартным образом (контроль). Первичной конечной точкой было соответствующее направление на коронарографию, при этом истинноположительныерезультатыопределялись как тяжелое ишемическое заболевание, требующее реваскуляризации, у участников, направленных на инвазивную ангиографию, а ложноотрицательные—как острое коронарное событие в течение 6 месяцев. Принятие решений с помощью искусственного интеллекта не давало превосходства в сравнении с клиническим подходом к принятию решений по отбору пациентов для коронарной ангиографии. Из направлений на ангиографию оказались верными 34 из 49 в группе вмешательстваи 27 из 36 — в контрольной группе. Из пациентов, которых должны были направить на ангиографию и у которых впоследствии происходило ишемическоесобытие,19быливгруппеискусственногоинтеллектаи22—вконтрольнойгруппе,различиене значимо статистически. Предсказующая точность логистическоймодели(AUROC)длявмешательства не достигала критерия «не хуже» в группе вмешательства по сравнению с контрольной группой. Поскольку принятие решений с использованием искусственного интеллекта при стресс-эхокардиографии не достигло конечной точки не меньшей эффективности, оно еще не может рассматриваться в качестве основного [24].

RAPIDxAI. В рандомизированном исследовании оценивалось улучшает ли поддержка принятия решений на основе искусственного интеллекта (группа вмешательства) результаты лечения ССЗ по сравнению с обычным лечением (контрольная группа)втечение12месяцеву14131пациентов с предположительно кардиальной болью и повреждениеммиокардавотделениинеотложной помощи. Через 6 месяцев использование в отделении неотложной помощи поддержки принятия решений на основе искусственного интеллектадляпомощивдиагностическойипрогностической оценке не оказало существенного влияния на лечение для улучшения сердечно-сосудистых исходов. Не отмечалось существенных различий в отношении частоты событий первичной конечной точки (смерть от ССЗ, ИМ и незапланированная повторнаягоспитализациявсвязисССЗ)—26,0% в группе вмешательства и 26,4% в контрольной группе (р=0,606). У пациентов, которых сразу после поступления в отделение неотложной помощи выписывали с помощью системы поддержки принятия решений на основе искусственного интеллекта,вероятностьсмертиилиИМвтечение 30 дней была несколько ниже, чем у тех, кто получалобычноелечение (0,86% против 1,1%; p<0,001 длянеменьшейэффективности).Исследованиене выявило повышенных рисков при внедрении поддержкипринятияклиническихрешенийнаоснове искусственного интеллекта, что подтверждает ее безопасность.

WESTCOR-POC. В общей сложности 1494 последовательных пациента с симптомами, указывавшими на ОКС, поступавших в отделение неотложной помощи, были рандомизированы в группу определения сердечного тропонина быстрым (за8минут)способомиливгруппу,гдепроводилось стандартное тестирование в центральной лаборатории.Вкаждойгруппедляустановлениядиагноза сравнивались результаты 0-часового и 1-часового тестов на тропонин. Медиана продолжительности пребывания в отделении неотложной помощи составляла 174 минуты в группе быстрого тестирования по сравнению с 180 минутами в группе стандартного тестирования. Однако среди пациентов, которых врач осматривал раньше (в течение 60 минут), быстрое тестирование сокращало время пребывания в отделении неотложной помощи на 15 минут (147 против 162 минут). У больныхс ОКС без подъема сегмента ST быстрое тестирование уменьшало время пребывания в отделении неотложной помощи на 43 минуты по сравнениюсо стандартным тестированием (в среднем 137 против 180 минут), и пациенты из группы высокого риска быстрее переводились в кардиологическое отделение. Сумма случаев таких исходов каксмерть,ИМиэкстреннаяреваскуляризация в течение 30 дней оказалась сопоставимой в группахбыстрого и стандартного тестирования (11,4% против 9,4% соответственно).

Конфликтинтересов.Авторызаявляютоботсутствии потенциальногоконфликтаинтересов,требующего раскрытия в данной статье.

Литература/References

<![if !supportLists]>1.    <![endif]>Fontana M, Berk JL, Gillmore JD, et al.; HELIOS-B TrialInvestigators. Vutrisiran in Patients with TransthyretinAmyloidosiswithCardiomyopathy.NEnglJMed.2025;392:33–44. DOI: 10.1056/NEJMoa2409134

<![if !supportLists]>2.    <![endif]>SilvainJ,CaylaG,FerrariE,etal.;ABYSSInvestigatorsof the ACTION Study Group. Beta-Blocker Interruption orContinuation after Myocardial Infarction. N Engl J Med.2024;391(14):1277–1286. DOI: 10.1056/NEJMoa2404204

<![if !supportLists]>3.    <![endif]>Legrand M, Falcone J, Cholley B, et al.; Stop-or-Not TrialGroup. Continuation vs Discontinuation of Renin-AngiotensinSystemInhibitorsBeforeMajorNoncardiacSurgery:TheStopor-Not Randomized Clinical Trial. JAMA. 2024;332(12):970–978. DOI: 10.1001/jama.2024.17123

<![if !supportLists]>4.    <![endif]>RodgersA,SalamA,SchutteAE,etal.EfficacyandSafetyofaNovelLow-DoseTripleSingle-PillCombinationComparedWithPlacebo for Initial Treatment of Hypertension. J Am Coll Cardiol.2024;84(24):2393–2403. DOI: 10.1016/j.jacc.2024.08.025

<![if !supportLists]>5.    <![endif]>Ojji DB, Salam A, Sani MU, et al. Low-Dose Triple-Pill vsStandard-Care Protocols for Hypertension Treatment inNigeria: A Randomized Clinical Trial. JAMA. 2024;332(13):1070–1079. DOI: 10.1001/jama.2024.18080

<![if !supportLists]>6.    <![endif]>Anker SD, Friede T, von Bardeleben RS, et al.; RESHAPE-HF2Investigators. Transcatheter Valve Repair in Heart Failurewith Moderate to Severe Mitral Regurgitation. N Engl J Med.2024;391(19):1799–1809. DOI: 10.1056/NEJMoa2314328

<![if !supportLists]>7.    <![endif]>Baldus S, Doenst T, Pfister R, et al.; MATTERHORNInvestigators. Transcatheter Repair versus Mitral-ValveSurgery for Secondary Mitral Regurgitation. N Engl J Med.2024;391(19):1787–1798. DOI: 10.1056/NEJMoa2408739

<![if !supportLists]>8.    <![endif]>Donal E, Dreyfus J, Leurent G, et al.; Tri-Fr Investigators.Transcatheter Edge-to-Edge Repair for Severe IsolatedTricuspid Regurgitation: The Tri.Fr Randomized Clinical Trial.JAMA. 2024 Nov 27. DOI: 10.1001/jama.2024.21189. Onlineahead of print.

<![if !supportLists]>9.    <![endif]>Kang DY, Lee SH, Lee SW, et al.; ASSURE DES Investigators.Aspirin Monotherapy vs No Antiplatelet Therapy in StablePatients With Coronary Stents Undergoing Low-toIntermediate Risk Noncardiac Surgery. J Am Coll Cardiol.2024;84(24):2380–2389. DOI: 10.1016/j.jacc.2024.08.024

<![if !supportLists]>10.   <![endif]>O’BrienB,CampbellNG,AllenE,etal.;TIGHTKinvestigators.Potassium Supplementation and Prevention of AtrialFibrillationAfterCardiacSurgery:TheTIGHTKRandomized

Clinical Trial. JAMA. 2024;332(12):979–988. DOI: 10.1001/jama.2024.17888

<![if !supportLists]>11.   <![endif]>Lønborg J, Jabbari R, Sabbah M, et al.; NOTION-3 StudyGroup.PCIinPatientsUndergoingTranscatheterAortic-ValveImplantation. N Engl J Med. 2024;391(23):2189–2200. DOI:10.1056/NEJMoa2401513

<![if !supportLists]>12.   <![endif]>vanGinkelDJ,BorWL,AartsHM,etal.;POPularPAUSETAVI Investigators. Continuation versus Interruption of OralAnticoagulation during TAVI. N Engl J Med. 2024 Aug 31. DOI:10.1056/NEJMoa2407794. Online ahead of print.

<![if !supportLists]>13.   <![endif]>Piccini JP, Patel MR, Steffel J, et al.; OCEANIC-AF SteeringCommittee and Investigators. Asundexian versus Apixaban inPatientswithAtrialFibrillation.NEnglJMed.2024Sep1.DOI:10.1056/NEJMoa2407105. Online ahead of print.

<![if !supportLists]>14.   <![endif]>Cho MS, Kang DY, Ahn JM, et al.; EPIC–CAD Investigators.Edoxaban Antithrombotic Therapy for Atrial Fibrillation andStableCoronaryArteryDisease.NEnglJMed.2024Sep1.DOI:10.1056/NEJMoa2407362. Online ahead of print.

<![if !supportLists]>15.   <![endif]>Solomon SD, McMurray JJV, Vaduganathan M, et al.; FINEARTSHFCommitteesandInvestigators.FinerenoneinHeartFailurewith Mildly Reduced or Preserved Ejection Fraction. N Engl JMed. 2024;391(16):1475–1485. DOI: 10.1056/NEJMoa2407107

<![if !supportLists]>16.   <![endif]>Jhund PS, Talebi A, Henderson AD, et al. Mineralocorticoidreceptor antagonists in heart failure: an individual patientlevelmeta-analysis.Lancet.2024;404(10458):1119–1131.DOI:10.1016/S0140-6736(24)01733-1

<![if !supportLists]>17.   <![endif]>VaduganathanM,FilippatosG,ClaggettBL,etal.Finerenoneinheart failure and chronic kidney disease with type 2 diabetes:FINE-HEART pooled analysis of cardiovascular, kidney andmortality outcomes. Nat Med. 2024;30(12):3758–3764. DOI:10.1038/s41591-024-03264-4

<![if !supportLists]>18.   <![endif]>KunadianV,MossopH,ShieldsC,etal.;BritishHeartFoundationSENIOR-RITA Trial Team and Investigators. Invasive Treatment

Strategy for Older Patients with Myocardial Infarction. N EnglJMed.2024;391(18):1673–1684.DOI:10.1056/NEJMoa2407791

<![if !supportLists]>19.   <![endif]>CampoG,BöhmF,EngstrømT,etal.CompleteVersusCulpritOnly Revascularization in Older Patients With ST-SegmentElevation Myocardial Infarction: An Individual Patient MetaAnalysis. Circulation. 2024;150(19):1508–1516. DOI: 10.1161/CIRCULATIONAHA.124.071493

<![if !supportLists]>20.   <![endif]>FerreiraD,HardyJ,MeereW,etal.Fastingvs.nofastingpriorto catheterization laboratory procedures: the SCOFF trial.Eur Heart J. 2024;45(47):4990–4998. DOI: 10.1093/eurheartj/ehae573

<![if !supportLists]>21.   <![endif]>Dulai R, Sulke N, Freemantle N, et al. Pulmonary VeinIsolation vs Sham Intervention in Symptomatic AtrialFibrillation: The SHAM-PVI Randomized Clinical Trial. JAMA.2024;332(14):1165–73. DOI: 10.1001/jama.2024.17921

<![if !supportLists]>22.   <![endif]>Erlinge D, Andersson J, Fröbert O, et al. Bioadaptor implantversus contemporary drug-eluting stent in percutaneouscoronary interventions in Sweden (INFINITY-SWEDEHEART):a single-blind, non-inferiority, registry-based, randomisedcontrolled trial. Lancet. 2024;404(10464):1750–1759. DOI:10.1016/S0140-6736(24)02227-X

<![if !supportLists]>23.   <![endif]>Gao C, He X, Ouyang F, et al.; REC–CAGEFREE I Investigators.Drug-coatedballoonangioplastywithrescuestentingversusintendedstentingforthetreatmentofpatientswithdenovocoronaryarterylesions(REC–CAGEFREEI):an open-label, randomised, non-inferiority trial. Lancet.2024;404(10457):1040–1050. DOI: 10.1016/S0140-6736(24)01594-0

<![if !supportLists]>24.   <![endif]>Upton R, Akerman AP, Marwick TH et al.; for the PROTEUSInvestigators. PROTEUS: A Prospective RCT Evaluating Use ofAIinStressEchocardiography.NEJMAI2024;1(11)Oct18DOI:10.1056/AIoa2400865